Наш канал в Я.Дзен Наша группа в vkontakte Наша группа в instagramm Наша группа в Facebook Наша группа в Одноклассники Наш канал в twitter
Курс валют: USD: 66 | EUR: 77 Погода: Курск -7°

В Курской области тратят 20000 $ на немецкое кладбище, 0 – на русское

09 января 2019 в 11:07В Курской области тратят 20000 $ на немецкое кладбище, 0 – на русское
Жительница деревни Сапогово Валентина Манойлова добивается, чтобы кладбище, где похоронены убитые оккупантами пациенты психиатрической больницы, привели в порядок так же, как немецкое захоронение

 

Внимание к проблеме бывшая медсестра решила привлечь, когда узнала о массовом отравлении больных в военное время. Эту историю Валентина Манойлова подробно описала в своей книге «Спойте им, соловьи». Селянка полтора года работала в архиве и опрашивала местных жителей, чтобы воссоздать картину военных лет. Как выяснилось, раньше ни она, ни многие её односельчане не знали, что на самом деле происходило тогда и как жестоко оккупанты избавлялись от душевнобольных.

(Фото: Селянка написала книгу об истории деревни Сапогово)

Правдивый роман

Писать книги Валентина Манойлова пробовала ещё в 12 – 13 лет. Увлекательные истории девочка сначала придумывала по пути в Шуклинскую среднюю школу, а потом записывала в тетради и давала читать ученикам и учителям.

– Толстые общие тетради затрёпывались, народ просил продолжения. Но из-за недостатка жизненного опыта ни один из них не был закончен, – вспоминает Валентина Васильевна. – После этого долго не бралась за перо, не шло.

 

Окончив школу, Валентина Манойлова получила медицинское образование, работала акушеркой, а позже – медсестрой в местной психиатрической больнице. Снова за писательскую деятельность селянка взялась уже в зрелом возрасте, после очередного посещения храма. Однажды местный батюшка, отец Илья, спросил у прихожан, не мог бы кто-то из них описать историю восстановления церкви с более чем столетней историей. Валентина Манойлова охотно взялась за дело.

В процессе она общалась с местными жителями, и одна из селянок рассказала о своей матери Прасковье, пережившей войну. Валентину Манойлову история настолько поразила, что она отложила материалы по храму и за три дня описала историю женщины в форме небольшого романа – на восьми листах. Это стало началом большой работы над книгой «Спойте им, соловьи».

– Какой пласт истории мне открылся! Даже страшно, что ни я, ни моё поколение, а возможно, и будущие, могли никогда не узнать о страшных 15 месяцах оккупации немецкими захватчиками, о гибели полутора тысяч или более больных, о подвигах моих односельчан, о предателях, с которыми мы жили бок о бок. Я после этого уже не сомневалась, писать мне или не писать, умею ли я писать, меня не волновало. Мне нужно было донести это до людей, – отметила Валентина Манойлова.

 

Хроники деревень Сапогово и Овсянниково, охватывающие период с 1924 по 1970 год, вышли на 500 страницах. История женщины Прасковьи, описанная ранее, проходит сквозь них красной нитью.

(Фото: Валентина Манойлова показывает часть кладбища, которую удалось очистить)

Паша рано осиротела. В 13 лет из деревни её забрала семья из Белгорода, чтобы Паша присматривала за их малолетним ребёнком. Потом девушка вернулась в Сапогово и вышла замуж. В войну её супруг Валентин ушёл на фронт, оставив жену с двумя детьми. Паша, как и многие селяне, копала траншеи-бомбоубежища, трудилась в тылу. Все эти годы жили они впроголодь, потому что немцы отнимали провизию и птицу, и в страхе, так как они постоянно угрожали местным расстрелами.

 

«Вдруг в окно увидели, как кто-то мотнулся. Со двора послышались крики, ругань и собачий лай. Закричали куры. Паша выскочила во двор.
Немцев было двое. Один, толстый, дал пулемётную очередь по курам. Сразу одна упала, но ещё была жива. Кувыркалась, разбрызгивая кровь на снегу. Паша начала кричать:
– Ироды, что ж вы делаете?
Пришельцы противно смеялись и громко успокаивали хозяйку:
– Гуд, гуд, матка.
И вдруг жирный фашист выстрелил в заливающуюся громким лаем собаку. Та взвизгнула и закрутилась волчком.
– Что же она вам сделала? Она маленькая и привязана! – завопила Паша.
Собачонка стихла. Прошли в сарай, там боровок лежал в углу за загородкой.
– Швайн! Гуд швайн! – обрадовались непрошенные гости.
Говорили что-то ещё, только не понять. Заглянули в курятник.
– Яйко, матка!
В гнёздах лежал десяток яиц. Выгребли всё в пилотку. Но самое главное, увели козу, кормилицу. Вернулась мать в хату. Дети облепили окно, выходящее во двор, рты пораскрывали.
– Немцы, сволочи. Дружка и курочку убили. И Катьку нашу увели, – плакала мать».
Фрагмент из книги «Спойте им, соловьи» В. Манойловой.

 

(Фото:Так выглядит немецкое кладбище в п. Искре)

Валентин вернулся осенью 1945 года, но с другой женщиной, которая якобы ждала от него ребёнка. Он попросил у Паши развод, а потом с новой спутницей уехал в Ригу. Ещё через некоторое время он выкрал старшего сына Лёньку и забрал в Латвию. Как выяснилось, новая любовь Валентина его обманула и не была беременна. В результате Паша больше не вышла замуж, а Валентин много пил и умер. В живых сейчас осталась только младшая дочь Паши Нина. Она и рассказала Валентине Манойловой эту историю.

Валентина Манойлова изложила её, при этом писателем себя не считает, просто неравнодушный человек.

 

Писатели одобрили

Книгу Валентина Васильевна отпечатала за свой счёт в курском издательском доме «Славянка» в 300 экземплярах. Члены местного Союза писателей ознакомились с произведением и отметили, что оно может претендовать на местную писательскую премию имени Евгения Носова. Однако критики обратили внимание, что нужно убрать лирику и диалоги. Тогда роман стал бы полностью документальным. Делать это Валентина Манойлова не стала намеренно:

– Мне хотелось написать так, чтобы людям было интересно читать, чтобы они могли понять и полюбить героев. Все персонажи книги – реальные люди, жители нашей деревни.

 

Презентация книги прошла в местной школе. Среди многочисленных гостей присутствовали старожилы, помогавшие Валентине Манойловой в написании книги, и областное телевидение. Первые 100 экземпляров женщина подарила присутствующим. Остальные продаёт в собственном продуктовом магазине в Сапогово. Томик выставлен на витрине торговой точки и пользуется спросом.

– Для меня книга дорога тем, что там рассказана история моей семьи, – поделилась местная жительница Лариса Петрухина. – Несколько книг я уже приобрела для родственников и знакомых в городе Курске. Люди читают взахлёб, оставляют положительные отзывы.

 

В самой деревне купить книгу могут не все, поэтому распространяют как военную листовку, из рук в руки.

 

Кошмар 1941 года

Массовое отравление больных в местной психиатрической больнице стало самым страшным событием, произошедшим в Сапогово в военные годы.

Немцы пришли в деревню в 1941 году, решили занять корпуса больницы и избавиться от душевнобольных, чтобы сэкономить продовольствие на их содержание.

В своей книге Валентина Манойлова приводит выдержки из материалов уголовного дела.

(Фото: Медсёстры, которых заставляли травить больных)

«Сначала пациентам психбольницы давали настойку опиума, но средство оказалось малоэффективным. Тогда «избавляться от балласта» решили при помощи концентрированного хлоралгидрата (успокаивающее снотворное и анальгезирующее средство, обладает наркотическими свойствами). В больших дозах препарат смертельно опасен: вызывает паралич дыхания и сердца.
Тела отравленных складывали на телегу и свозили к бомбоубежищу, расположенному на территории больницы. «В каждую щель бомбоубежища скидывали 100 – 200 трупов, – давал показания свидетель Бугай. – Позы умерших были разные, но у всех были открыты глаза. Только весной по распоряжению местного командования трупы засыпали землёй. Для этого согнали жителей близлежащих сёл»

 

Траншеи, куда сбрасывали тела, селяне выкопали сами, чтобы укрываться от бомбёжек. По словам местных жителей, в яму скидывали и ещё живых людей.

– Мы гуляли с ребятишками, смотрим, людей несут на носилках и в яму сбрасывают. Подошли поближе, на нас заругались, мол, и вас туда сейчас скинем, мы убежали, – рассказывает «КИ» жительница Сапогово Галина Рудакова. – Люди кричали, стонали, карабкались вверх. Тех, кто пытался вылезти, расстреливали.

 

В 1941 году Галине Фёдоровне было 5 лет. Пережитые ужасы она никогда не забудет.

– Одна из местных жительниц рассказывала, что поначалу её отец на лошади возил тела на местное кладбище. Трупы на повозку клали штабелями. В это время один из больных протянул мужчине руку и сказал: «Дай закурить, браток!», – рассказывает Валентина Манойлова.

 

(Фото: Активистыубирают заброшенное кладбище в п. Искре,
где похороненыубитые оккупантами больные)

Травили больных местные медсёстры. Оккупанты заставляли их под дулом автоматов. Химикат добавили в суп и заставили женщин кормить им больных. Уже после войны бывшего начальника медицинской службы 48-го танкового корпуса немецкой армии, генерал-майора медицинской службы Керна Пауля Германа, отдавшего этот приказ, приговорят к высшей мере наказания – расстрелу. Уголовные дела были возбуждены и на врачей психиатрической больницы, следовавших приказу. Как выяснила Валентина Манойлова, медсёстры провели в тюрьме по 13 лет.

Тела больных советские солдаты достали из траншей и предали земле только весной. Их похоронили на больничном кладбище. Сейчас оно считается закрытым, могилы заросли деревьями и кустарниками. Пациентов психбольницы, которых не забирают родные, теперь хоронят в другом месте.

 

– Я обращалась в администрацию района, чтобы помогли навести на старом кладбище порядок, но мне ответили, что денег на это в муниципальном бюджете нет, – пояснила Валентина Манойлова.

 

Кладбище русское и кладбище немецкое

В ноябре, чтобы отдать дань памяти погибшим, Валентина Манойлова собрала небольшую группу инициативных селян, они вооружились пилами и топорами и убрали часть кладбища самостоятельно. Такие субботники женщина планирует проводить регулярно.

 

– На этом кладбище похоронено много жестоко убитых немцами людей. Это наша история, но сейчас она забыта, – с досадой отмечает Валентина Васильевна. – Общая площадь кладбища возле больницы – около двух гектаров, мы очистили около 7 соток. Работы предстоит много.

Через дорогу от больничного погоста расположено немецкое кладбище. Уборку на нём финансируют из Германии. В память о погибших немецких и румынских солдатах установлены монументы, летом на территории нет даже лишних травинок.

Как пояснил «КИ» глава Щетинского сельсовета Сергей Томатин, поддержанием порядка там занимается специальная организация. Ежегодно им перечисляют для этого около 20 тысяч долларов, то есть более 100 тысяч рублей в месяц.

 

– Честно говоря, стыдно, что мы так небрежно относимся к своей истории. Я считаю своим долгом принимать участие в уборке кладбища, буду агитировать своих знакомых на это благое дело, – отмечает местная жительница Лариса Петрухина.

На территории больницы тем временем продолжают восстанавливать храм. Как сообщил его настоятель отец Илья, в ближайшее время у обители установят валун в память о жертвах массового отравления. Жители надеются, что этот знак и книга Валентины Манойловой помогут сохранить память о страшных событиях в деревне.

Кристина Леонова

Из секретной записки следователя Л. Шейнина
Через несколько дней после оккупации немцами Курска, 8 ноября 1941 года, немецкий комендант Курска Флях и старший гарнизонный врач Керн приказали администрации Сапоговской психиатрической больницы, в лице её директора Краснопольского и врача Сухарева, приступить к массовому отравлению больных.
Краснопольский и Сухарев решили выполнить это чудовищное распоряжение немецких властей и объявили об этом остальным врачам названной больницы Нестеровой и Котович. Однако Нестерова и Котович категорически заявили, что отравлять больных не будут.
15 ноября немцы запретили снабжать больницу продуктами. После этого Краснопольский и Сухарев вновь вызвали Котович и Нестерову и предложили приступить к массовому отравлению больных, но те снова отказались. Тогда была прекращена выдача пищи больным.
Душевнобольные, запертые в палатах, начали пухнуть от голода и умирать. Краснопольский обвинял врачей в том, что они «плохо помогают больным умирать».
На почве голода умерло 350 чел. больных. 18 декабря 1941 года был отдан категорический приказ немедленно приступить к массовому умерщвлению больных. На этот раз Нестерова и Котович согласились принять участие в этом злодеянии, и 18 декабря было начато умерщвление душевнобольных. Для этой цели каждому больному был выдан хлоралгидрат 70%-ной концентрации. В течение трёх суток было таким образом умерщвлено 650 человек.
Начальник Следственного отдела
ст. пом. прокурора СССР (Л. Шейнин)
17 мая 1943 г.

 

Цифра в тему
20 тысяч долларов в год власти Германии направляют на содержание кладбища в посёлке Искре Курского района. На русское захоронение – 0 рублей. 
Поделиться в соцсетях

Комментарии к новости

Владимир А 09 января 2019 г.

То ж венгры похоронены- добрые Самаритяне, которых Гальдер за садизм выгнал с Курского направления. Мы им все простили, и Большой Дуб тоже.

Оставьте комментарий

Поделитесь своим впечатлением о новости.

Текст комментария
Ваше имя
Введите капчу *
03de1c502d9b20c6bce8da0a7c049dab

Уважаемые пользователи! Вводя персональные данные вы принимаете условия Политики конфиденциальности сайта сетевого издания "KURSK-IZVESTIA"



Архив новостей
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Актуальные новости


Хозяин, забери меня домой - Новый проект Курских известий
Последние комментарии