Путеводитель по имениям князей Юсуповых

Юсуповы берут начало от ногайского хана Юсуфа-мурзы, потомки которого приняли христианство и верно служили российским правителям четыре века. Среди Юсуповых были военные начальники, губернаторы, тайные советники, министры и меценаты. Им принадлежали имения и дворцы, фабрики и многочисленные драгоценности. Известно, что состояние князей было во много раз больше, чем у самих Романовых. К началу XX века Юсуповым принадлежало 23 имения, общая стоимость которых составляла 21,7 млн рублей. Но и сегодня можно увидеть, где жили и что строили подданные русских царей.

История фамилии

Дворянский род Юсуповых берёт начало с XVI века от Юсуфа-мурзы — хана Ногайской Орды. Это кочевое государство появилось после падения Золотой Орды в середине XV века. Среди детей Юсуфа-мурзы была дочь Сююмбике, которая в 1549–1551 годах правила Казанским ханством, а также сыновья Иль-мурза и Ибрагим — от них произошли две ветви будущих князей Юсуповых.

В 1565 году Юсуф-мурза велел своим сыновьям ехать в Москву. Царь Фёдор Иоаннович отдал им во владение город Романов (сегодня Тутаев в Ярославской области), в котором они и обосновались.

Вскоре потомки братьев приняли православие и получили фамилию Юсупово-Княжево. Это случилось, когда сын Иль-мурзы, Абдул-мурза, принимал в Романове московского патриарха Иоакима и подал на стол гуся, не зная, что православным нельзя есть мясо во время поста. За это Фёдор Иоаннович лишил его всех жалований. Чтобы вернуть доверие государя, Абдул-мурза решил перейти в православие. Он стал первым из рода, кто принял другую веру: его крестили под именем Дмитрий и фамилией Юсупово-Княжево, даровали титул князя и право на потомственное владение землями.

Интересно, что после этого в роду всегда был лишь один наследник по мужской линии. Были и другие сыновья, но они никогда не доживали до зрелого возраста. Поэтому их генеалогическое древо не имеет дополнительных линий, оно прямое и неразветвленное. В те времена подобное редко встречалось, обычно у родовитых семей было множество родственников и потомков.

Существует легенда, что на семью наложили страшное проклятие. Якобы, соплеменники Юсуфа узнав, что он обратил своих потомков в другую веру, были рассержены и убили самого хана, как только тот пересёк границу своего государства. Они разыскали степную колдунью, которая обрекла членов семьи Абдул-мурзы на страшную участь. Из всех рождённых в пределах поколения детей до 26 лет доживал лишь один.

Эта история повторялась от предков к потомкам. У супругов действительно оставался лишь один сын, достигший возраста 26 лет. Члены семьи с опаской относились к этому пугающему преданию, а вся прислуга, находившаяся в доме, безо всяких сомнений принимала суеверие за чистую монету.

Приближённые русского двора

В конце XVIII века Юсуповы-Княжево начали носить фамилию Юсуповы. Они всегда пользовались уважением царской семьи и входили в круг приближённых. Сыну Дмитрия Юсупова и Екатерины Сумароковой, Григорию, царь Фёдор III Алексеевич ещё во младенчестве пожаловал придворный чин стольника.

В детстве Григорий Юсупов часто играл с будущим императором Петром I и в дальнейшем стал его сподвижником. Во время Русско-турецкой войны в 1686–1700 годах Юсупов участвовал в Азовских походах, а позже — в Северной войне, Полтавской битве и других известных баталиях. Военную карьеру он закончил в чине генерал-аншефа, который ему пожаловала императрица Анна Иоанновна.

У Григория Юсупова было пять детей. В 1740 году его сын Борис стал московским губернатором, тайным советником, а когда на трон вступила императрица Елизавета Петровна — петербургским генерал-губернатором. Позже он возглавил Сухопутный шляхетский корпус: при нём здесь улучшилось содержание кадетов и появились новые дисциплины.

Усадьба Котово-Спасское

Село Котово-Спасское, ныне вошедшее в черту города Долгопрудного, в древности называлось Курлыково. Оно стояло на берегу реки Клязьмы (в наше время на берегу Клязьминского водохранилища). В начале XVII века здесь была вотчина сына думного дьяка и печатника Василия Щелкалова, Ивана Васильевича. В 1617 году он продал свою вотчину боярину из татарских князей Юрию Яншеевичу Сулешову, который поддерживал царя Василия Шуйского и в качестве воеводы участвовал в обороне Москвы от войск польского королевича Владислава.

Во второй половине XVII века усадьбой владел бывший боярин и стольник Иван Репнин. На её территории он построил первый каменный храм во имя Спаса Нерукотворного. В 30-е годы XVIII века имение Спасское вместе с церковью перешло в руки Бориса Григорьевича Юсупова.

Приобретя имение, князь Борис Юсупов занялся перестройкой, освящением и реставрацией церкви Спаса Нерукотворного Образа. В 1754 году князь обратил внимание на построенный «из давних лет прежними владельцами села» (боярами Репниными) придел, который к тому времени не был освещён и использовался для «поклажи церковной утвари и ризницы и в котором как престола, так и жертвенника и признаков никаких церковных не имелось».

Поэтому к весне 1755 года в храме были устроены Престол и жертвенник. В мае 1755 года служитель дома Юсупова Щербачёв обратился в Московскую Духовную Консисторию с просьбой об освящении вышеназванного придела «во имя Богоматери Владимирския» и получил указ об освящении.

В браке с наследницей дворянского рода Ириной Зиновьевой Борис Юсупов воспитал шестерых детей. Их дочь Елизавета вышла замуж за князя Андрея Голицына, а Евдокия стала женой курляндского герцога Петра Бирона. А в 1772 году умерла одна из дочерей Бориса Григорьевича и Ирины Михайловны - Анна Борисовна Протасова. В связи с этим в северном Владимирском приделе около левого клироса под полом был устроен склеп, в котором она была погребена. Позже это место стало родовой усыпальницей Юсуповых.

Историки, проводившие исследования дворянского рода Юсуповых, обнаружили, что гибель сыновей в молодом возрасте в роду началась именно после смерти Бориса Григорьевича, до него подобных случаев гибели в юном возрасте зафиксировано не было. К тому же, распространялось проклятие лишь на мужчин. С девочками таких проблем не было, они гораздо чаще доживали до старости. Поэтому исследователи выдвинули версию о том, что причиной трагедии стало вовсе не мифическое проклятие, а генетическая болезнь, передаваемая по мужской линии.

Самых больших успехов в карьере добился младший и единственный выживший сын Бориса Юсупова — Николай. Именно к нему по наследству перешло огромное состояние и подмосковное имение Спасское (сегодня город Долгопрудный).

При Николае Борисовиче на рубеже XVIII – XIX веков Спасское-Котово переживало небывалый расцвет: была создана регулярная планировка с «прешпектовыми» аллеями, оранжереями, регулярными садами и копаными прудами. Николай Борисович запустил в селе суконную фабрику, построил кирпичный завод и довёл усадьбу до совершенства. Здесь он проводил своё летнее время.

В 1791 году Николай Юсупов стал директором Императорских театров, а через шесть лет возглавил Эрмитаж. В эпоху правления Павла I он получил звание министра Департамента уделов — ведомства, которое занималось вопросами земель и имений. Позже, при Александре I, его назначили членом Государственного совета. Тогда он и решил подыскать ещё одно имение.

Усадьба Архангельское

В 1810 году Николай Юсупов приобрёл усадьбу Архангельское. Это имение едва не купил князь Нарышкин у вдовы князя Голицина. Но внимательно ознакомившись с будущей покупкой, князь посчитал имение «слишком великолепным» и требующим больших расходов.

А вот Николая Юсупова это обстоятельство только раззадорило. Для него оказались приемлемыми и немалая цена имения – 245 тысяч рублей ассигнациями, и требующиеся для его достройки и поддержания не малые средства.  Для реконструкции поместья он пригласил лучших архитекторов XIX века: Фому Петонди, Осипа Бове, Пьетро ди Готтардо Гонзаго и других.

Основной принцип организации имения князь подытожил в распоряжении управляющему в 1829 г.: «Архангельское не есть доходная деревня, а расходная и для веселья, а не для прибыли, то стараться…то заводить, что редко, и чтобы все было лучше, нежели у других».

Для размещения своего художественного собрания Николай Юсупов спешил закончить строительство и отделку Большого дома. Работы велись под руководством крепостного архитектора Василия Стрижакова, бывшего в усадьбе также художником, управителем, приказчиком, писарем и экономом. Князь привёз его из своего имения под Полтавой и отдал в обучение архитектуре немцу Кестнеру.

После 1812 года в усадьбе провели крупный ремонт. Было перестроено несколько залов дворца, создан переход над колоннадами из Большого дома в библиотеку, а также сооружена в 1817 году въездная арка Парадного двора. В её оформлении нашли отражение мотивы, характерные для триумфальных сооружений в честь победы в войне над Наполеоном.

При князе Николае Юсупове Архангельское окончательно стало единым усадебным комплексом. В нём отразился царственный размах «просвещённого» XVIII века. Возведённый в западной части парка храм-памятник Екатерине II (по модели известного скульптора Михаила Козловского, 1819 г.) в образе древнеримской богини Правосудия Фемиды подчеркнул приверженность хозяина усадьбы одной из самых ярких эпох в истории Российской империи.

Здесь Юсупов принимал гостей и устраивал пышные балы. Архангельское называли «подмосковным Версалем», а её хозяина — богатым вельможей «Златого века». В 1830году Александр Пушкин даже посвятил князю оду.

Николай Юсупов был известным меценатом и ценителем искусства. Его современница Елизавета Янькова вспоминала: «…он очень любил картины, мраморы, бронзы и всякие дорогие и хорошие вещи и собрал у себя в Архангельском столько всяких ценных редкостей, что подобного собрания, говорят, ни у кого из частных лиц нет в России, разве только у Шереметева». С его собрания началась фамильная коллекция, куда вошли редкие книги, скульптуры, фарфор, живописные полотна Рембрандта, Франсуа Буше, Корреджо и многих других европейских художников.

К началу XX века Юсуповы забросили имение Спасское, а все ценности вывезли в усадьбу Архангельское.  И всё же последние годы князь провёл в Котово-Спасское. До наших дней там сохранилась только Спасская церковь, построенная в 1684 году и часовня-усыпальница князя Николая Юсупова у алтаря северного придела. Главный деревянный дом был утрачен.

Дворец на Мойке                                                

В 1794 году у Николая Юсупова в браке с племянницей князя Григория Потёмкина Татьяной Энгельгардт родился сын Борис. Его крестным был сам император Павел I. После окончания Санкт-Петербургского педагогического института Борис Юсупов служил в Министерстве иностранных дел. В 1817 году ему пожаловали чин камергера — придворного высокого ранга. Общественная карьера принесла Юсупову много титулов, среди которых — чин гофмейстера, управляющего монаршим двором.

Однако в отличие от своих предков Борис Юсупов больше занимался хозяйственными делами, чем службой. В своих 17 имениях в разных губерниях страны он открывал и финансировал больницы. Князь смог раздать долги семьи и умножить фамильное состояние в несколько раз. Усадьбу Архангельское, которая была так популярна при его отце, Юсупов сделал доходным предприятием, а сам предпочитал жить в Санкт-Петербурге.

В 1830 году он выкупил за двести пятьдесят тысяч рублей у своей тёти, камер-фрейлины Екатерины II, графини Александры Браницкой, дворец на Мойке. Здесь он хранил свою коллекцию произведений искусства и драгоценностей.

С 1832 года над восточным корпусом, который в это время уже простирался до Офицерской улицы, был надстроен второй этаж. В его богато украшенных выставочных залах была помещена перевезённая из Архангельского коллекция. С восточной стороны архитектором Андреем Михайловым был выстроен самый большой зал – банкетный. Объединив дворцовые флигели, хозяева разместили в них картинные галереи и домашний театр.

Банкетный зал имел и другое название – Белоколонный, благодаря 24 колоннам в нём. Кроме этого имелись Танцевальный зал, Зелёная, Императорская и Синяя гостиные, Большая ротонда. Архитектором Бернаром Симоном в 1840-х был обустроен Зимний сад и Гобеленовая гостиная, в которой находились три гобелена подаренные ещё Николаю Борисовичу Наполеоном Бонапартом.

На первом этаже находись кухни, сарай для парадных экипажей и несколько сараев для экипажей обыкновенных, конюшни с сеновалом. Напротив экипажных сараев был построен одноэтажный флигель, в котором также располагались конюшни с помещением для конюхов. Однако вскоре конюхов перевели в восточный флигель, где для прислуги дворца устроили квартиры, а в части флигеля была оборудована прачечная с гладильней.

Кухонь во дворце было несколько: кухни для прислуги, небольшая кухня в главном здании дворца и, наконец, Большая кухня. Так называли главное помещение, в котором готовилась еда во время пребывания семьи во дворце, а также для парадных обедов. По соседству находились помещения кондитерской, моечная и кладовая с небольшим ледником для хранения продуктов.

Основной же ледник располагался сразу слева от главных ворот и представлял собой деревянное строение. Около него был построен ещё один, подземный, ледник и деревянный сарай для дров. Все эти служебные корпуса, или хозяйственный двор, были отделены от сада чугунной решёткой на каменном цоколе. Такая же решётка окружала по периметру весь участок. И только позднее, в середине XIX века, между соседним зданием Общества военных кантонистов и Юсуповской усадьбой был построен каменный забор.

Пеший проход на территорию усадьбы находился со стороны Офицерской улицы, где рядом с квартирами для кучеров существовала вторая дворницкая. Калитку отпирали в 7 часов утра и обязательно запирали в 7 часов вечера.

Но самым райским уголком этой огромной усадьбы был старинный сад, который начинался сразу за дворцом и простирался до Офицерской улицы.

В начале 1890-х годов во дворце произошли очередные изменения, на этот раз технического характера – появились электричество, канализация, водопровод и водяное отопление. Также были перестроены и несколько помещений, самым ярким из которых стал домашний театр. Под руководством архитектора Степанова была создана великолепная мавританская гостиная.

С 1830 по 1919 год владельцами дворца и усадьбы были пять поколений знатного дворянского рода князей Юсуповых. Современники вспоминают бесконечные анфилады комнат, буквально заваленных сокровищами. На инкрустированных перламутром и слоновой костью столах, каминных полках, секретерах, горках стояли бесценные статуэтки, табакерки, зеркала, нефритовые и малахитовые шкатулки с драгоценностями. Чего только стоят статуэтка Венеры, выточенная из цельного сапфира, и рубиновый Будда.

Не меньшее впечатление производили и картины известных художников: Буше, Ватто, Рембрандта и других. Недаром последний владелец дворца Князь Феликс Феликсович Юсупов говорил, что его дом похож на музей. Многие яркие страницы российской и петербургской истории связаны с фамильной резиденцией на Мойке. Здесь же произошло и убийство Григория Распутина. 30 декабря 1916 года князь пригласил его во дворец на Мойке, якобы познакомить с молодой женой. На самом деле в этот вечер готовилось преступление. Юсупова сослали в имение Ракитное Курской губернии, а через три месяца разрешили вернуться в столицу.

В 1917 году Юсуповы уезжают из Санкт-Петербурга в Крым. Рассчитывая в скором времени вернуться, они берут с собой лишь сравнительно незначительную сумму денег. А сокровища были тщательно упакованы и спрятаны в нескольких специально оборудованных тайниках.

Часть из них была найдена, к примеру, 70 сундуков столового серебра, коллекция старинных музыкальных инструментов, собрание рукописей знаменитых людей. Но, конечно, это далеко не всё. В 1918 году во дворце на Мойке работала Чрезвычайная комиссия, занимавшаяся поисками сокровищ, однако наиболее ценные из них найти так и не удалось. Увы, до сих пор неизвестна судьба уникальной жемчужины «Перегрина», которая оценивалась более чем в миллион долларов.

После революции, в 1919 году дворец, как и множество других зданий царского времени, был национализирован. 20 сентября того же года в нём открылась картинная галерея. В 1924 году открылась выставка повествующая об убийстве Григория Распутина. Через некоторое время в здании начал работать Дворец культуры работников просвещения.

Алена Мартынова