В Курской больнице трупы часами лежат в коридоре, а зарплата – минималка
20 января 2026 в 11:25
Видео
Две санитарки и медсестра из отделения реанимации и интенсивной терапии горбольницы №6 записали видеообращение к министру здравоохранения региона и сняли, в каких условиях им приходится работать. Они надеются, что Светлана Ермолова проведёт проверку озвученных ими фактов и часть проблем решат.
«Не успеваем убирать»
Женщины рассказали, что по СанПиН в их отделении нужно регулярно проводить генеральные, текущие и заключительные уборки, однако в их случае это невозможно.
– Мы не в состоянии это делать, так как в палатах отделения нет кафеля, потолки и стены у нас побелены, мыть их невозможно, но главное, большая текучка пациентов. Мы не успеваем убирать. Койки, и уж тем более палаты, не пустуют даже 2 часов. Следом поступают другие пациенты. При этом от нас требуют, чтобы в отделении было чисто, как в хирургии, – говорит санитарка Гульнора Черницова.
Женщины просят Светлану Ермолову посмотреть на их отделение и провести проверку. Медики считают, что министр своими глазами сможет увидеть, что в таких условиях невозможно работать.
– Мы хотим, чтобы в нашем отделении был сделан ремонт, чтобы мы делали свою работу, как положено, в нормальных условиях. Как того требуют правила, а у нас элементарно нет ни морга, ни комнаты для временного хранения трупов. Если у нас есть тело, мы его упаковываем, перекладываем на каталку и выкатываем в коридор отделения реанимации, рядом с которым стоит тумба с питанием для пациентов. Они стоят там до прибытия спецтранспорта, – говорит Гульнора.
Медики объясняют, что спецтранспорт может приехать за телами и через 5, и через 6, и через 9 часов.
– Случается, что труп на каталке лежит в коридоре 8 часов. Бывает, и не один, и летом, и зимой. Если дело происходит в тёплое время года, появляется запах. Представьте, человека везут в реанимацию, и он сразу же видит, что у нас в коридоре мешок с трупом. Как думаете, какие у него могут возникнуть мысли? – задаётся вопросом санитарка Татьяна Самуйлова.
Кроме того, женщины рассказали, что из-за большого количества пациентов палаты постоянно уплотняют. И это тоже мешает качественной уборке.
– Во второй палате, которая рассчитана на две койки, ставят третью. Тогда расстояние между койками становится сантиметров 70. Это не соответствует никаким нормам. В результате аппаратуру, которая должна быть у каждого пациента (мониторы, инфузоматы, аппарат ИВЛ), приспосабливаем кое-как. Да и к пациенту очень проблематично подойти, чтобы поменять ему постельное бельё, накормить. Там элементарно нет тумбочек, потому что их просто некуда впихнуть. Медсёстрам подойти невозможно, – говорит Самуйлова.
Несмотря на то, что ремонт отделения проводили в 2022 году, в душевой и коридорах уже много недочётов: облупившиеся двери, щели в подоконниках, облезлые углы. По мнению сотрудниц, дело в некачественных материалах. Как они говорят, душевой кабины нет, а поддон в душе установили настолько низкопробный, что сейчас его хоть мой, хоть не мой, вид неопрятный. К тому же из-за щелей в подоконниках мыться холодно.
– Мы не боимся работать. Нам по регламенту положено на одну санитарку 4 пациента (3 обычных и один интубированный). Но, бывает, выходит до 9 в сутки. Для нас не это проблема. Но увеличение нагрузки должно оплачиваться, как и любой труд. Мы не против проводить эти генеральные уборки хоть 10 раз в день. Но у нас физически нет такой возможности. У нас бывают не только пульмонологические больные, но и пациенты с сифилисом, туберкулёзом. Почему нам это не оплачивается? К нам привозят нетрезвых пациентов из наркологического диспансера. Происходят дичайшие вещи, и нам за это никто даже «спасибо» не говорит, – объясняет Гульнора.
«Подработки копеечные»
Ещё одна проблема у женщин – низкая зарплата. По их словам, оклад санитарки – 11 тысяч 400 рублей.
– Расхождение с другими больницами колоссальное. Я задавала вопрос нашему главврачу Светлане Дмитриевне Бабичевой, почему такое расхождение. Она ответила, что минимальный порог нам оплачивают. Закон она не нарушает, но почему в других больницах могут платить больше, а у нас – нет? За ставку я получаю от 24 до 27 тысяч рублей. Стимулирующие и ночные нам срезали, но получаем надбавку 40%. На Новый год некоторым из нас дали премии по 9 тысячам, некоторым – 12. Но если, по мнению руководства, на эти деньги можно прожить, пусть они живут на МРОТ, а свои премии поделят на весь младший медицинский персонал, – предлагает Гульнора.
По словам санитарок, в других отделениях больницы №6 ухода за пациентами требуют даже от уборщиц, оклад у которых 8 тысяч 900 рублей.
– Они делают те же самые процедуры, что и санитарки, и подгузники меняют, и моют, и перестилают постель. Но как можно прожить на такие деньги? – спрашивает санитарка.
Женщины честно признаются, сколько получают. И говорят, что на такую зарплату можно только рассчитаться за коммунальные услуги и проезд.
– Я работаю здесь почти 10 лет, с марта 2016 года. Каждый год зарплату нам вроде набавляют, но такое чувство, что она всё меньше и меньше. У меня, например, оклад на одну ставку 11 тысяч 400 рублей и плюс четверть ставки. Аванс получила 11 тысяч 400 рублей, а зарплату – 17 тысяч 800 рублей. Если сложить, то за месяц заплатили 29 тысяч 200 рублей, – говорит санитарка Татьяна Самуйлова.
По словам женщин, в других больницах их коллеги-санитары на одной ставке получают чистыми 37 – 39 тысяч, потому что оклад у них 18 тысяч.
У медсестёр ситуация чуть лучше.
– Я работаю в горбольнице №6 палатной медсестрой. Я не анестезистка. У меня оклад 16 тысяч 960 рублей, а у медсестёр-анестезисток – 18 тысяч 460 рублей. В других учреждениях у медсестёр-анастезисток оклад 22 тысячи. У меня аванс был 14 тысяч и плюс зарплата 23 тысячи 946 рублей. В общей сложности 37 тысяч 946 рублей. У меня 1,25 ставки, – говорит медсестра Валентина Черникова.
Гульнора Черницова рассказывает ещё об одном разговоре с главным врачом. По словам санитарки, руководитель признала, что зарплаты у младшего персонала действительно низкие.
– Она с главным бухгалтером убеждала, что я получала бы больше с подработками. Но я не могу их взять, так как у меня двойняшки по 8 лет, а подработки не оплачиваются, как положено. Они копеечные. Вот в областной больнице медсестра-анестезистка за ставку получает от 50 тысяч и выше. У нас медсестра-анестезистка так не получает. У наших выходит 39 – 40 тысяч, – заступается за коллег Гульнора.
За одну ставку каждая санитарка отрабатывает 7 суток в месяц, то есть трудятся женщины сутки через трое. Если взять дополнительно ещё четверть ставки, то за месяц получается 9 – 10 рабочих суток.
«Труд у нас очень тяжёлый»
Самый главный вопрос, почему при таких условиях и зарплате женщины не уходят работать в другие сферы.
– До того, как стать санитаркой, я работала в торговле и пришла в профессию 13 лет назад, когда у меня умерла дочь. Лечила её от рака в Москве. У неё была ремиссия, и мы приехали с ней домой. Но на Рождество 2013 года она умерла. После этого я решила помогать людям, ухаживать за ними. И сейчас я в этой профессии нахожу себе покой, понимаете? О возвращении в торговлю даже не думаю, потому что когда помогаю людям, ухаживаю за ними, мне это приносит удовольствие. Но, к сожалению, это никак не компенсируется со стороны нашего руководства и это очень обидно, потому что труд у нас очень тяжёлый, – говорит Гульнора Черницова.
Татьяна Самуйлова признаётся, что ей жалко пожилых пациентов, которые к ним попадают.
– Мне бабушек и дедушек жалко. Когда некоторых из них родственники привозят, видно, что старики им не нужны. Хочется просто подойти, покормить их, напоить. Говорят, что медики постоянно видят кровь, боль, смерть и от этого черствеют. Но это неправда. Всё плохое всегда дома остаётся. А эти пациенты ничем перед нами не виноваты, как можно быть с ними чёрствыми? – говорит Самуйлова.
Женщины понимают, что после их видеообращения им могут грозить репрессии со стороны руководства. Говорят, что к этому готовы. В своё время Татьяна Самуйлова оспаривала в суде уведомление о переводе с должности санитарки в уборщицы. Тогда она выиграла суд.
«Курские известия» направили запрос в Минздрав Курской области с просьбой прокомментировать обращение сотрудниц.
