Репортаж из курской кареты скорой помощи

Корреспондент «КИ» провела один день с бригадой медиков

В январе на Камчатке дорогу скорой перегородил автомобиль. Водитель не реагировал на просьбы отъехать. А пассажир легковушки стал угрожать медикам и кидаться на капот. Пациент скончался, так и не дождавшись помощи. На днях в Саратове злоумышленники вызвали скорую и попытались изнасиловать прибывшую на помощь девушку-фельдшера. Ей чудом удалось спастись. К счастью, в Курске подобных случаев пока не было. Однако и наши медики регулярно сталкиваются с хамством и угрозами. О трудностях спасения мы узнали из первых рук.

«Напишите, чтобы не хамили»

Гул телефонных звонков не смолкает ни на секунду. Моё знакомство с городской станцией скорой помощи начинается с диспетчерской. Сюда поступают вызовы со всего Курска.

Три сотрудника принимают звонки, один через интернет контролирует передвижение машин, а центральный диспетчер раздаёт задания бригадам.

Сейчас в её распоряжении 40 экипажей из 44, то есть задействованы почти все ресурсы станции.

Служба обрабатывает до 900 вызовов в сутки. Сейчас число обращений увеличилось примерно на 50%. Для зимы это норма. Сказываются праздники, погода, сезонные заболевания гриппом и ОРВИ.

По словам сотрудников, львиная доля вызовов – давление, температура, живот болит и т.п. Тем временем поступают и другие звонки – плохо пьяному, пневмония, боль у онкобольного… Это неотложные вызовы, но не приоритетные. В первую очередь медики спешат туда, где могут умереть люди. Например, поступила информация об аварии с пострадавшими или звонок о том, что кто-то потерял сознание.

На экстренные вызовы скорая должна ехать не более 20 минут. В других случаях время прибытия медиков не регламентируется. То есть если у одного человека болит спина, а у другого – инфаркт миокарда, то свободную бригаду направляют сначала к последнему.

В результате те те, кому приходится долго ожидать скорую, начинают, мягко говоря, нервничать.

– Звонок. Я говорю: «Здравствуйте. Скорая. 16-й слушает». А мне в трубку – крик и дальше короткий рассказ про мою мать. Не говорят спасибо, не здороваются, матом посылают. За день из всех звонков если один человек сказал спасибо, уже хорошо. Напишите, пожалуйста, чтобы нам не хамили, – просит меня одна из диспетчеров.

Кто понесёт больного?

В комнате фельдшеров – чайник, микроволновка, телевизор и кушетка. Здесь медики отдыхают во время перерыва или когда нет вызовов. Но такое случается крайне редко, только по ночам и ненадолго.

Знакомимся с фельдшерами. До начала смены мужчины предлагают кофе и извиняются за то, что ехать придётся на старой ГАЗели. Николай Лопатка, 20 лет в профессии, Семён Гордиенко – всего полгода. Молодой человек уверяет, что в первые месяцы было особенно трудно.

– На десятые сутки попал на реанимацию. Мужчина, 75 лет. Инфаркт миокарда. Пытались спасти, но он умер. У меня, конечно, был шок. Долго отходил. Ещё случай, который никак не могу забыть. Квартиранты нас вызвали к арендодателю. Он пил сильно, не вставал с постели, ходил под себя. Когда мы его осматривали, увидели пролежни, а в паху нашли опарышей. А ведь ему только около 40 лет! Мы констатировали инфекционную рану и отвезли его в больницу, – вспоминает Семён.

Кстати, таких пациентов фельдшеры сами доставляют на носилках до машины. Если в бригаде только девушки, им приходится звонить во все двери и надеяться на помощь крепких и отзывчивых соседей. А фельдшеры-мужчины во время работы успевают в совершенстве овладеть профессией грузчика.

– Помощников если не находим, сами несём. Был случай, когда в два часа ночи пришлось спускать бабушку весом больше 100 килограммов с девятого этажа, – рассказывает Семён.

По словам Николая, иногда фельдшерам приходится звонить в МЧС, чтобы донести больного до кареты скорой.

Звонок диспетчера прерывает беседу. Помощи ждёт женщина с маточным кровотечением.

По шесть часов ждали

С улицы Дружининской едем на Воробьёва. Водитель соблюдает скоростной режим, при необходимости включает сирену.

– Автолюбители обычно не пропускают. Стычки бывают, подрезают. Часто машина застревает то в снегу, то в грязи, толкаем сами, иногда техников вызываем. Если не доехали, медработники пешком идут, – рассказывает водитель.

После этих слов прямо перед нами происходит мелкое ДТП. Улица Аэродромная довольно узкая: два столкнувшихся авто перекрыли дорогу. Фельдшер выходит и спрашивает, не нужна ли помощь пострадавшим. Таких нет, скорая разворачивается и едет другим, более длинным путём.

– Бывало, и по 4 часа, и по 6 часов люди ждали. Давно было, поступил вызов в час дня – температура. Мы смогли приехать только в час ночи, а люди уже и забыли, что скорую вызывали. Дело в загруженности, много вызовов, которых могло бы и не быть. Например, есть лечение плановое у гипертоников, но они его игнорируют. Потом давление скачет, вызывают нас, а таблетки свои не пьют. Говорят: «А зачем? Скорую же вызвали», – говорит Лопатка.

По словам фельдшера, бывает и так, что человек болеет неделю, температура держится, но он врача не вызывает. А потом в 2 – 3 часа ночи звонит в скорую.

Бывают и курьёзы. Бабушка пожаловалась на бессонницу. Медики прибыли – давление и сердце в порядке. Не могут понять, в чём дело. Потом задали простой вопрос – когда она в последний раз спала? Она отвечает: «В 6 часов вечера легла, в 2 ночи проснулась – и бессонница».

Часто звонят и просят забрать пьяного. В основном из подъездов, на улице сейчас холодно. С ними сложнее всего. Дерутся, угрожают. Лопатка говорит, что в 90-х один из таких пациентов на него с ножом бросался, но всё закончилось благополучно. В наши дни погрузить пьяного в машину и отвезти в наркологию – дело непростое.

А вот бездомные радуются, когда их забирает скорая, знают – в больнице их отогреют и покормят.

«Это болезнь»

Наконец мы приезжаем на улицу Воробьёва, дорога занимает 25 минут. Фельдшеры уходят, мы с водителем остаёмся в машине – врачебная тайна.

Через полчаса медики возвращаются с пациенткой. Её доставляют в дежурную больницу на улице Лесной для дальнейшего обследования.

Тут же поступает следующий вызов. Диспетчер сообщает, что девочка 6 лет разбила голову, и называет адрес. Насколько травма серьёзная, фельдшерам неизвестно. Мама кричит громче ребёнка и объяснить ничего не может.

Едем в Краснополянский переулок. Николай Лопатка рассказывает, что с детьми многое случается. Один мальчик засунул в нос виноградину, а другой играл с другом в «пережми сонную артерию», пока не потерял сознание и не ударился головой. К счастью, сейчас с этими ребятами всё в порядке.

На вызов приезжаем за 18 минут. Калитка дома открыта. Как потом выяснилось, именно в неё девочка врезалась лбом, когда бегала во дворе, результат – рассечение и, возможно, сотрясение мозга. Фельдшеры делают перевязку и отвозят ребёнка с мамой в медучреждение.

Следующий вызов – из горбольницы №3. Бабушку нужно перевезти в «Семашко». Здесь есть свои нюансы. Инфекционка одна, а боксов для приёма пациентов три. Мы вторые в очереди, за нами ещё пять машин. Фельдшеры ждут, когда можно будет занести больную. На улице минус 20. Через полчаса нашу бабушку наконец принимают.

На часах около 16.00. Диспетчеры в курсе, что бригада работает с 8.30 без перерыва и разрешают сделать паузу для приёма пищи.

– Можно вернуться на обед. Он не фиксированный, даётся минут 45 в день, не больше. Но если будет срочный вызов, тогда придётся закончить трапезу и снова ехать, – признаётся Николай Лопатка.

Вечер, собираюсь домой, у скорой – очередной вызов. Напоследок спрашиваю о зарплате. По словам фельдшеров, их оклад около 8000 рублей, но есть надбавки за ночные часы, за выслугу лет, за вредность. Чтобы зарабатывать в среднем 20000 рублей, им приходится брать больше смен и ночных часов. Например, отработал сутки, днём отдохнул и снова в ночь. Несмотря ни на что, в снег, мороз, дождь и грязь фельдшеры Гордиенко и Лопатка спешат на помощь и искать другую работу не собираются.

– Мы всё время в движении, всегда что-то новое, при этом пользу людям приносим. Тяжело, конечно, мало спим, едим как придётся, морально трудно. Поэтому мало желающих работать в скорой помощи. Мы между собой шутим, что скорая помощь – это не работа, это болезнь. У нас работают только энтузиасты своего дела, больные люди, – смеётся Лопатка.

Анна Морозова.